Королек и медведь
Однажды летом вышли медведь и волк в лес на прогулку, и услышал мед-
ведь такое чудесное пение какой-то птицы, что даже спросил: "Братец
волк, что это за птичка, что так хорошо поет?" - "О, это царица всех
птиц, - сказал волк, - перед нею все мы должны преклоняться..."
А птица-то была королек. "Коли так, - сказал медведь, - так мне бы
очень хотелось посмотреть на ее царский дворец; пойдем, сведи меня ту-
да". - "Так-то не положено, - сказал волк, - тебе придется подождать
прибытия самой царицы".
Вскоре после того прилетела госпожа царица и корм держала в клюве, и
супруг ее тоже, и оба собирались кормить своих птенцов. Медведь охотно
бы последовал за ними, но волк удержал его и сказал: "Нет, ты должен
обождать, пока царь и царица опять отлетят".
Заметили они то дупло, в котором было свито гнездо королька, и пошли
прочь.
Но медведю не терпелось: хотелось посмотреть на царский дворец, и он
немного спустя опять вернулся на то же место.
А царь-то с царицею как раз в это время были в отлете; заглянул мед-
ведь в дупло и видит - лежат там пять или шесть птенцов в гнезде. "Так
это-то есть царский дворец? - воскликнул медведь. - Ну и жалкий же этот
дворец! Да и вы, какие вы царские дети? Вы - просто подкидыши!"
Как услыхали это юные птенцы-корольки, так и озлились, и закричали:
"Нет, мы не подкидыши! Наши родители честные люди! Медведь! Так и знай -
придется тебе за эти слова отвечать!"
Медведь и волк этой угрозы испугались, они поворотили оглобли и убра-
лись в свои берлоги.
А юные птенцы-корольки продолжали кричать и шуметь, и когда их роди-
тели опять вернулись с кормом, они им сказали: "Мы не прикоснемся ни к
одной мушиной ножке, хотя бы нам пришлось и помирать с голода, пока вы
не подтвердите нам, что мы дети честных родителей, а не подкидыши! А то
приходил сюда медведь и осмелился нас так выбранить!"
Тогда сказал старый королек: "Успокойтесь, это будет доказано!" Затем
он полетел со своею супругою к пещере медведя, опустился перед входом в
нее и крикнул туда: "Старый ворчун-медведь, зачем ты выбранил моих де-
тей? Это тебе даром не пройдет - мы это дело кровавой войной решим!"
Таким образом объявлена была медведю война, и на нее были призваны
все четвероногие: бык, осел, весь рогатый скот, олень, лось и все какие
ни есть звери на земле. А королек созвал всех летающих в воздухе: не
только птиц, больших и малых, но также и мух, и комаров, и пчел, и шерш-
ней.
Когда пришло время войне начинаться, королек выслал разведчиков, что-
бы узнать, кто назначен главным командиром в неприятельском войске.
Комар был на этой стороне хитрее всех, летал по лесу, где неприятель
собирал свои силы, и наконец уселся под листком на дереве, под которым
неприятельским войском был принят пароль.
Вот и поднялся со своего места медведь, подозвал к себе лиса и ска-
зал: "Лис, ты лукавее всех зверей! Тебе и быть генералом и командовать
нами". - "Хорошо, - сказал лис, - но какой же условный знак нам при-
нять?"
Никто не знал.
Тогда лис проговорил: "Хвост у меня прекрасный, длинный и пушистый, и
очень напоминает собою пучок красных перьев; если я хвост буду держать
прямо и вверх, это будет значить, что все идет ладно, и вам всем тогда
наступать следует; а если я опущу хвост, то бегите что есть мочи".
Все это выслушал комар, полетел обратно и обо всем в подробности до-
ложил корольку.
Когда наступил тот день, в который предстояло дать решительную битву,
сбежалось все четвероногое воинство с таким шумом, что земля от него
дрожала.
И королек также прилетел по воздуху со своим войском, которое крича-
ло, носилось и жужжало в воздухе так, что становилось страшно; и стали
оба войска сходиться на битву...
А королек и выслал шершня, приказав ему ужалить лисицу в самый хвост.
После первого укола жалом лисица только вздрогнула да ногой дрыгнула,
однако же вынесла боль и все еще продолжала держать хвост прямо и высо-
ко; при втором уколе жала она хвост на мгновенье опустила; при третьем
уколе - не выдержала, взвизгнула и подвернула хвост между ног.
Чуть только это звери увидели, им пришло в голову, что все уже поте-
ряно, и все они пустились бежать, каждый к своему логовищу.
Так птицы и выиграли сражение.
Тогда полетели королек и его супруга к своим деткам и закричали им:
"Детки, радуйтесь, и кушайте, и пейте на здоровье - победа за нами!" Мо-
лодые птенчики, однако же, отвечали: "И теперь еще есть не станем;
пусть-ка прежде медведь придет к нашему гнезду да извинится и признает,
что мы дети честных родителей".
Полетел королек к логовищу медведя и крикнул: "Старый ворчун, сту-
пай-ка к гнезду моих птенцов, проси у них прощенья да признай их детьми
честных родителей, не то у тебя все ребра пересчитаю".
И вот поплелся медведь в великом страхе к гнезду и просил извинения.
Только тут уж юные птенцы королька были вполне удовлетворены, сели в
кружок, стали есть и пить, и веселились до поздней ночи.
ведь такое чудесное пение какой-то птицы, что даже спросил: "Братец
волк, что это за птичка, что так хорошо поет?" - "О, это царица всех
птиц, - сказал волк, - перед нею все мы должны преклоняться..."
А птица-то была королек. "Коли так, - сказал медведь, - так мне бы
очень хотелось посмотреть на ее царский дворец; пойдем, сведи меня ту-
да". - "Так-то не положено, - сказал волк, - тебе придется подождать
прибытия самой царицы".
Вскоре после того прилетела госпожа царица и корм держала в клюве, и
супруг ее тоже, и оба собирались кормить своих птенцов. Медведь охотно
бы последовал за ними, но волк удержал его и сказал: "Нет, ты должен
обождать, пока царь и царица опять отлетят".
Заметили они то дупло, в котором было свито гнездо королька, и пошли
прочь.
Но медведю не терпелось: хотелось посмотреть на царский дворец, и он
немного спустя опять вернулся на то же место.
А царь-то с царицею как раз в это время были в отлете; заглянул мед-
ведь в дупло и видит - лежат там пять или шесть птенцов в гнезде. "Так
это-то есть царский дворец? - воскликнул медведь. - Ну и жалкий же этот
дворец! Да и вы, какие вы царские дети? Вы - просто подкидыши!"
Как услыхали это юные птенцы-корольки, так и озлились, и закричали:
"Нет, мы не подкидыши! Наши родители честные люди! Медведь! Так и знай -
придется тебе за эти слова отвечать!"
Медведь и волк этой угрозы испугались, они поворотили оглобли и убра-
лись в свои берлоги.
А юные птенцы-корольки продолжали кричать и шуметь, и когда их роди-
тели опять вернулись с кормом, они им сказали: "Мы не прикоснемся ни к
одной мушиной ножке, хотя бы нам пришлось и помирать с голода, пока вы
не подтвердите нам, что мы дети честных родителей, а не подкидыши! А то
приходил сюда медведь и осмелился нас так выбранить!"
Тогда сказал старый королек: "Успокойтесь, это будет доказано!" Затем
он полетел со своею супругою к пещере медведя, опустился перед входом в
нее и крикнул туда: "Старый ворчун-медведь, зачем ты выбранил моих де-
тей? Это тебе даром не пройдет - мы это дело кровавой войной решим!"
Таким образом объявлена была медведю война, и на нее были призваны
все четвероногие: бык, осел, весь рогатый скот, олень, лось и все какие
ни есть звери на земле. А королек созвал всех летающих в воздухе: не
только птиц, больших и малых, но также и мух, и комаров, и пчел, и шерш-
ней.
Когда пришло время войне начинаться, королек выслал разведчиков, что-
бы узнать, кто назначен главным командиром в неприятельском войске.
Комар был на этой стороне хитрее всех, летал по лесу, где неприятель
собирал свои силы, и наконец уселся под листком на дереве, под которым
неприятельским войском был принят пароль.
Вот и поднялся со своего места медведь, подозвал к себе лиса и ска-
зал: "Лис, ты лукавее всех зверей! Тебе и быть генералом и командовать
нами". - "Хорошо, - сказал лис, - но какой же условный знак нам при-
нять?"
Никто не знал.
Тогда лис проговорил: "Хвост у меня прекрасный, длинный и пушистый, и
очень напоминает собою пучок красных перьев; если я хвост буду держать
прямо и вверх, это будет значить, что все идет ладно, и вам всем тогда
наступать следует; а если я опущу хвост, то бегите что есть мочи".
Все это выслушал комар, полетел обратно и обо всем в подробности до-
ложил корольку.
Когда наступил тот день, в который предстояло дать решительную битву,
сбежалось все четвероногое воинство с таким шумом, что земля от него
дрожала.
И королек также прилетел по воздуху со своим войском, которое крича-
ло, носилось и жужжало в воздухе так, что становилось страшно; и стали
оба войска сходиться на битву...
А королек и выслал шершня, приказав ему ужалить лисицу в самый хвост.
После первого укола жалом лисица только вздрогнула да ногой дрыгнула,
однако же вынесла боль и все еще продолжала держать хвост прямо и высо-
ко; при втором уколе жала она хвост на мгновенье опустила; при третьем
уколе - не выдержала, взвизгнула и подвернула хвост между ног.
Чуть только это звери увидели, им пришло в голову, что все уже поте-
ряно, и все они пустились бежать, каждый к своему логовищу.
Так птицы и выиграли сражение.
Тогда полетели королек и его супруга к своим деткам и закричали им:
"Детки, радуйтесь, и кушайте, и пейте на здоровье - победа за нами!" Мо-
лодые птенчики, однако же, отвечали: "И теперь еще есть не станем;
пусть-ка прежде медведь придет к нашему гнезду да извинится и признает,
что мы дети честных родителей".
Полетел королек к логовищу медведя и крикнул: "Старый ворчун, сту-
пай-ка к гнезду моих птенцов, проси у них прощенья да признай их детьми
честных родителей, не то у тебя все ребра пересчитаю".
И вот поплелся медведь в великом страхе к гнезду и просил извинения.
Только тут уж юные птенцы королька были вполне удовлетворены, сели в
кружок, стали есть и пить, и веселились до поздней ночи.
