Плотина
Жила-была вдова с пятью маленькими сыновьями. Ей принадлежал
небольшой клочок земли, орошаемый арыком. Скудного урожая с этого надела
им едва хватало, чтобы не умереть с голоду. Но вот однажды жестокий тиран,
владелец соседних земель, не посчитавшись с их законным правом
пользоваться водой арыка, перекрыл арык плотиной и обрек семью на полную
нищету.
Старший сын не раз пытался сломать плотину, но безуспешно: ему одному
это было не под силу, а его братья были совсем еще детьми. И хотя мальчик
понимал, что богачу ничего не стоит заново восстановить плотину, детская
гордость не позволяла ему отказаться от этих отчаянных и бесплодных
попыток.
Однажды в видении он увидел своего покойного отца, который дал ему
наставления, укрепившие надежду в его сердце. Вскоре после этого тиран,
взбешенный независимым поведением "маленького упрямца", оклеветал его на
всю округу и восстановил против него всех соседей.
Пришлось мальчику покинуть родной дом и отправиться в далекий город.
Там он нанялся слугой к одному купцу и проработал у него в течение многих
лет. Почти весь свой заработок старший брат отсылал домой через
путешествующих купцов. Чтобы у этих людей не возникало неприятное чувство,
что он навязывается им со своими поручениями - да и для них самих было
небезопасно помогать семье, находящейся в опале, - он просил их передавать
деньги его братьям как плату за мелкие услуги, которые они могут оказать
путешественникам.
Спустя много лет пришло время старшему брату возвратиться в родные
края. Годы так изменили его, что когда он подошел к дому и назвал себя
братьям, только один из них узнал его, но и сам не был в этом уверен
вполне.
- У нашего старшего брата волосы были черные, - сказал самый младший.
- Но ведь я постарел, - ответил старший брат.
- И по вашей речи, и по одежде сразу видно, что вы - из купцов, -
сказал другой брат, - а в нашей семье никогда не было купцов.
Тогда старший брат рассказал им свою историю, но не смог рассеять их
сомнения.
- Я помню, как ухаживал за вами, когда вы были еще совсем детьми, и
как вас манила стремительно бегущая вода, остановленная плотиной, - стал
вспоминать пришелец.
- Мы не помним этого, - сказали братья, ибо их детские годы почти
полностью стерлись из их памяти.
- Но ведь я посылал вам деньги, на которые вы и жили с тех пор, как
пересох наш арык.
- Мы не знаем никаких денег. Мы получали только то, что зарабатывали,
оказывая различные услуги путешественникам.
- Опиши нашу мать, - предложил один из братьев, все еще желая
получить какие-то доказательства.
Старший брат стал описывать мать, но так как она умерла очень давно,
и братья плохо ее помнили, в его рассказе они увидели множество
неточностей.
- Но даже если ты наш брат, чего ты хочешь от нас? - спросили они.
- Тот тиран умер, - сказал старший брат, - его солдаты разбрелись по
свету искать новых хозяев, поэтому нам сейчас самое время объединиться и
общими усилиями оживить эту землю.
- Я не помню никакого тирана, - заявил самый младший из братьев.
- Земля была всегда такой, как сейчас, - сказал другой.
- И почему это мы должны делать то, что ты нам велишь?! - воскликнул
третий.
- Мне бы хотелось тебе помочь, - сказал четвертый, - но я не понимаю,
о чем ты говоришь.
- Кроме того, - заговорил первый брат снова, - мне не нужна вода. Я
собираю хворост и разжигаю по ночам костры. Приезжие купцы останавливаются
погреться у них, просят меня о различных услугах и платят мне за это.
- Если пустить сюда воду, - сказал второй, - она зальет прудик, в
котором я развожу декоративных карпов. Приезжие купцы останавливаются
полюбоваться на них и одаривают меня от своей щедрости.
- Я сам не против того, чтобы пустить воду, но не уверен, сможет ли
она оживить эту землю, - сказал третий брат.
Четвертый брат промолчал.
- Отбросьте все ваши сомнения и скорее примемся за работу.
- Нет уж, мы лучше обождем, пока придут купцы.
- Купцы больше не придут, ведь это я их присылал сюда.
Но братья не верили старшему брату и продолжали с ним спорить.
А было это как раз зимой, когда купцы не проезжали через их края, так
как все дороги, ведущие к ним, были завалены снегом.
И прежде, чем весна вошла в свои права, и по Шелковому Пути вновь
потянулись торговые караваны, новый тиран, который был безжалостнее
первого, вторгся в их земли. Так как этот разбойник был еще не совсем
уверен в своих силах, он искал для захвата заброшенные земли. Никому не
принадлежащий канал, перегороженный плотиной, разбудил в его сердце алчные
надежды, и он присоединил его к своим владениям и даже задумал в ближайшем
будущем, как только укрепит свою власть, обратить братьев в своих рабов.
Пока же ему приходилось с ними считаться, потому что они все были сильными
людьми, не исключая и самого старшего.
А братья по-прежнему спорят, и теперь вряд ли что-нибудь помешает
тирану осуществить свой коварный план.
небольшой клочок земли, орошаемый арыком. Скудного урожая с этого надела
им едва хватало, чтобы не умереть с голоду. Но вот однажды жестокий тиран,
владелец соседних земель, не посчитавшись с их законным правом
пользоваться водой арыка, перекрыл арык плотиной и обрек семью на полную
нищету.
Старший сын не раз пытался сломать плотину, но безуспешно: ему одному
это было не под силу, а его братья были совсем еще детьми. И хотя мальчик
понимал, что богачу ничего не стоит заново восстановить плотину, детская
гордость не позволяла ему отказаться от этих отчаянных и бесплодных
попыток.
Однажды в видении он увидел своего покойного отца, который дал ему
наставления, укрепившие надежду в его сердце. Вскоре после этого тиран,
взбешенный независимым поведением "маленького упрямца", оклеветал его на
всю округу и восстановил против него всех соседей.
Пришлось мальчику покинуть родной дом и отправиться в далекий город.
Там он нанялся слугой к одному купцу и проработал у него в течение многих
лет. Почти весь свой заработок старший брат отсылал домой через
путешествующих купцов. Чтобы у этих людей не возникало неприятное чувство,
что он навязывается им со своими поручениями - да и для них самих было
небезопасно помогать семье, находящейся в опале, - он просил их передавать
деньги его братьям как плату за мелкие услуги, которые они могут оказать
путешественникам.
Спустя много лет пришло время старшему брату возвратиться в родные
края. Годы так изменили его, что когда он подошел к дому и назвал себя
братьям, только один из них узнал его, но и сам не был в этом уверен
вполне.
- У нашего старшего брата волосы были черные, - сказал самый младший.
- Но ведь я постарел, - ответил старший брат.
- И по вашей речи, и по одежде сразу видно, что вы - из купцов, -
сказал другой брат, - а в нашей семье никогда не было купцов.
Тогда старший брат рассказал им свою историю, но не смог рассеять их
сомнения.
- Я помню, как ухаживал за вами, когда вы были еще совсем детьми, и
как вас манила стремительно бегущая вода, остановленная плотиной, - стал
вспоминать пришелец.
- Мы не помним этого, - сказали братья, ибо их детские годы почти
полностью стерлись из их памяти.
- Но ведь я посылал вам деньги, на которые вы и жили с тех пор, как
пересох наш арык.
- Мы не знаем никаких денег. Мы получали только то, что зарабатывали,
оказывая различные услуги путешественникам.
- Опиши нашу мать, - предложил один из братьев, все еще желая
получить какие-то доказательства.
Старший брат стал описывать мать, но так как она умерла очень давно,
и братья плохо ее помнили, в его рассказе они увидели множество
неточностей.
- Но даже если ты наш брат, чего ты хочешь от нас? - спросили они.
- Тот тиран умер, - сказал старший брат, - его солдаты разбрелись по
свету искать новых хозяев, поэтому нам сейчас самое время объединиться и
общими усилиями оживить эту землю.
- Я не помню никакого тирана, - заявил самый младший из братьев.
- Земля была всегда такой, как сейчас, - сказал другой.
- И почему это мы должны делать то, что ты нам велишь?! - воскликнул
третий.
- Мне бы хотелось тебе помочь, - сказал четвертый, - но я не понимаю,
о чем ты говоришь.
- Кроме того, - заговорил первый брат снова, - мне не нужна вода. Я
собираю хворост и разжигаю по ночам костры. Приезжие купцы останавливаются
погреться у них, просят меня о различных услугах и платят мне за это.
- Если пустить сюда воду, - сказал второй, - она зальет прудик, в
котором я развожу декоративных карпов. Приезжие купцы останавливаются
полюбоваться на них и одаривают меня от своей щедрости.
- Я сам не против того, чтобы пустить воду, но не уверен, сможет ли
она оживить эту землю, - сказал третий брат.
Четвертый брат промолчал.
- Отбросьте все ваши сомнения и скорее примемся за работу.
- Нет уж, мы лучше обождем, пока придут купцы.
- Купцы больше не придут, ведь это я их присылал сюда.
Но братья не верили старшему брату и продолжали с ним спорить.
А было это как раз зимой, когда купцы не проезжали через их края, так
как все дороги, ведущие к ним, были завалены снегом.
И прежде, чем весна вошла в свои права, и по Шелковому Пути вновь
потянулись торговые караваны, новый тиран, который был безжалостнее
первого, вторгся в их земли. Так как этот разбойник был еще не совсем
уверен в своих силах, он искал для захвата заброшенные земли. Никому не
принадлежащий канал, перегороженный плотиной, разбудил в его сердце алчные
надежды, и он присоединил его к своим владениям и даже задумал в ближайшем
будущем, как только укрепит свою власть, обратить братьев в своих рабов.
Пока же ему приходилось с ними считаться, потому что они все были сильными
людьми, не исключая и самого старшего.
А братья по-прежнему спорят, и теперь вряд ли что-нибудь помешает
тирану осуществить свой коварный план.
