Великан-людоед и суфий
Один странствующий суфийский мастер, пересекая высокие горы, где
никогда не ступала нога человека, повстречался с людоедом исполинских
размеров.
- Я тебя съем, - сказал великан суфию. Но суфий на это ответил:
- Прекрасно, съешь меня, если сможешь, но должен тебя предупредить,
что я тебя одолею, ибо я бесконечно могущественней, чем ты думаешь.
- Вздор, - взревело чудовище, - ты всего лишь суфийский мастер,
погруженный в духовные науки. Ты не сможешь одолеть меня потому, что я
полагаюсь на свою грубую силу и я в 30 раз больше тебя.
- Что ж, давай померяемся силами, - предложил суфий, - возьми этот
камень и сложи его так, чтобы из него потекла вода.
С этими словами он протянул великану обломок скалы. Великан изо всей
силы сдавил камень, но воду из него выдавить не смог.
- Это невозможно, - сказал он, - потому что в этом камне нет воды.
Попробуй-ка сам.
К тому времени над землей сгустились сумерки, и мастер,
воспользовавшись темнотой, незаметно достал из кармана яйцо и вместе с
камнем сжал его в кулаке прямо над ладонью людоеда. Почувствовав текущую
на ладонь жидкость, великан был изумлен: людей часто изумляют вещи,
которым они не могут дать объяснения, и к таким вещам они начинают
относиться с гораздо большим почтением, чем того требуют их собственные
интересы.
- Я должен обдумать это, - сказал великан. - Пойдем, переночуешь
сегодняшнюю ночь в моей пещере.
Великан привел суфия в огромную пещеру, напоминавшую пещеру Алладина
обилием всякого рода вещей - всем, что осталось от несметного количества
жертв прожорливого гиганта.
- Ложись возле меня и спи, - сказал людоед, - а утром мы продолжим
наше состязание.
Затем он улегся и тут же заснул.
Почувствовав что-то неладное, мастер тихо поднялся, соорудил из
тряпок, валявшихся на полу, подобие спящего человека, а сам устроился
поодаль на безопасном месте.
Только он прилег, проснулся людоед. Схватив огромную дубину, с дерево
величиной, он изо всех сил семь раз ударил по пустому ложу, затем снова
улегся и уснул. Мастер вернулся на свою постель и сонным голосом позвал
людоеда:
- Эй, людоед! В твоей пещере удобно, но меня только что семь раз
укусил какой-то комар. Ты должен что-нибудь с ним сделать.
Эти слова так потрясли и испугали великана, что он не решился больше
напасть на суфия. Ведь, если человека семь раз ударили изо всех сил
дубиной величиной с дерево, то он...
Утром людоед кинул под ноги суфию целую бычью шкуру и сказал:
- Принеси воды, надо заварить к завтраку чая.
Вместо того, чтобы взять шкуру (которую он вряд ли сумел бы поднять),
мастер направился к ручью, протекавшему поблизости, и стал рыть от него
небольшую канавку в направлении пещеры.
Между тем жажда так одолела людоеда, что, не в силах больше ждать, он
крикнул суфию:
- Почему ты не несешь воду?
- Терпение, мой друг, я сейчас подведу ключевую воду прямо к твоей
пещере, чтобы тебе не пришлось больше таскаться с этой бычьей шкурой.
Но людоед не мог больше терпеть. Схватив шкуру, он в несколько
прыжков оказался у источника и набрал воды сам. Когда чай был готов, и
людоед утолил жажду огромным количеством воды, ум его несколько
прояснился, и он сказал суфию:
- Если ты и впрямь сильный, как ты мне показал, то почему же тогда ты
не смог прорыть канал быстрее и рыл его в час по чайной ложке?
- Потому, - ответил мастер, - что никакое дело не может быть сделано
должным образом без минимальной затраты усилий. Определенные усилия
требуются для всего. Вот и я затратил минимум усилий, необходимый для
рытья канала. К тому же я знаю, что ты - существо настолько привязанное к
своим привычкам, что все равно всегда будешь пользоваться бычьей шкурой.
никогда не ступала нога человека, повстречался с людоедом исполинских
размеров.
- Я тебя съем, - сказал великан суфию. Но суфий на это ответил:
- Прекрасно, съешь меня, если сможешь, но должен тебя предупредить,
что я тебя одолею, ибо я бесконечно могущественней, чем ты думаешь.
- Вздор, - взревело чудовище, - ты всего лишь суфийский мастер,
погруженный в духовные науки. Ты не сможешь одолеть меня потому, что я
полагаюсь на свою грубую силу и я в 30 раз больше тебя.
- Что ж, давай померяемся силами, - предложил суфий, - возьми этот
камень и сложи его так, чтобы из него потекла вода.
С этими словами он протянул великану обломок скалы. Великан изо всей
силы сдавил камень, но воду из него выдавить не смог.
- Это невозможно, - сказал он, - потому что в этом камне нет воды.
Попробуй-ка сам.
К тому времени над землей сгустились сумерки, и мастер,
воспользовавшись темнотой, незаметно достал из кармана яйцо и вместе с
камнем сжал его в кулаке прямо над ладонью людоеда. Почувствовав текущую
на ладонь жидкость, великан был изумлен: людей часто изумляют вещи,
которым они не могут дать объяснения, и к таким вещам они начинают
относиться с гораздо большим почтением, чем того требуют их собственные
интересы.
- Я должен обдумать это, - сказал великан. - Пойдем, переночуешь
сегодняшнюю ночь в моей пещере.
Великан привел суфия в огромную пещеру, напоминавшую пещеру Алладина
обилием всякого рода вещей - всем, что осталось от несметного количества
жертв прожорливого гиганта.
- Ложись возле меня и спи, - сказал людоед, - а утром мы продолжим
наше состязание.
Затем он улегся и тут же заснул.
Почувствовав что-то неладное, мастер тихо поднялся, соорудил из
тряпок, валявшихся на полу, подобие спящего человека, а сам устроился
поодаль на безопасном месте.
Только он прилег, проснулся людоед. Схватив огромную дубину, с дерево
величиной, он изо всех сил семь раз ударил по пустому ложу, затем снова
улегся и уснул. Мастер вернулся на свою постель и сонным голосом позвал
людоеда:
- Эй, людоед! В твоей пещере удобно, но меня только что семь раз
укусил какой-то комар. Ты должен что-нибудь с ним сделать.
Эти слова так потрясли и испугали великана, что он не решился больше
напасть на суфия. Ведь, если человека семь раз ударили изо всех сил
дубиной величиной с дерево, то он...
Утром людоед кинул под ноги суфию целую бычью шкуру и сказал:
- Принеси воды, надо заварить к завтраку чая.
Вместо того, чтобы взять шкуру (которую он вряд ли сумел бы поднять),
мастер направился к ручью, протекавшему поблизости, и стал рыть от него
небольшую канавку в направлении пещеры.
Между тем жажда так одолела людоеда, что, не в силах больше ждать, он
крикнул суфию:
- Почему ты не несешь воду?
- Терпение, мой друг, я сейчас подведу ключевую воду прямо к твоей
пещере, чтобы тебе не пришлось больше таскаться с этой бычьей шкурой.
Но людоед не мог больше терпеть. Схватив шкуру, он в несколько
прыжков оказался у источника и набрал воды сам. Когда чай был готов, и
людоед утолил жажду огромным количеством воды, ум его несколько
прояснился, и он сказал суфию:
- Если ты и впрямь сильный, как ты мне показал, то почему же тогда ты
не смог прорыть канал быстрее и рыл его в час по чайной ложке?
- Потому, - ответил мастер, - что никакое дело не может быть сделано
должным образом без минимальной затраты усилий. Определенные усилия
требуются для всего. Вот и я затратил минимум усилий, необходимый для
рытья канала. К тому же я знаю, что ты - существо настолько привязанное к
своим привычкам, что все равно всегда будешь пользоваться бычьей шкурой.
