Хозяин

В конюшне темно и тепло, жуют сено лошади, стукнет по дереву подкова,
цепь недоуздка зазвенит или скрипнет перегородка - караковый почесался.
   В узкое окно влезает круглый месяц. Лошади беспокоятся.
   - Опять подглядывает месяц-то, - ржет негромко вороной, - хоть бы ко-
зел пришел, - все не так страшно.
   - Козла "хозяин" боится, - сказал караковый, - а месяц сам  по  себе,
его не напугаешь.
   - Куда это козел ушел? - спросила рыжая кобыла.
   - На плотину, в воду глядеть.
   Кобыла храпнула:
   - К чему в воду глядеть? Одни страсти.
   - Страшно мне, - зашептал вороной, - месяц в окно лезет. Схватить его
разве зубами?
   - Не трогай, - ответил караковый, - захромаешь.
   Кобыла жалобно заржала. В конюшне - опять тихо. На  сеновале  возятся
мыши.
   Захрапел вдруг, шарахнулся вороной, копытами затопал.
   - Смотрите, смотрите, месяц-то, - зашептал он, - и  рога  у  него,  и
глаза.
   Дрогнул караковый.
   - А борода есть?
   - И борода веником.
   Караковый захрапел:
   - "Хозяин" это, берегись.
   Вдруг клубком из окошка скатился в стойло вороному старичок и  засме-
ялся, заскрипел.
   Вороной стал как вкопанный, мелкой дрожью дрожит.
   Рыжая кобыла легла со страха, вытянула шею. Караковый забился в угол.
   - Вороненький, соколик, - заскрипел "хозяин", - гривку тебе  заплету,
- боишься меня? А зачем козла звал?.. Не зови козла, не пугай меня...  -
и, с вывертом, с выщипом, ухватил вороного.
   Вороной застонал.
   - Стонешь? Не нравится? А мне козлиный дух нравится!.. Идем за мной.
   Старичок отворил дверь и вывел за гриву вороного на двор.
   - Голову-то не прячь, - скрипнул он и ущипнул за губу.
   Вспрыгнул на холку, и помчались в поле. Караковый подбежал к окну.
   - Ну и лупят... пыль столбом... под горку закатились.  Смотри-ка.  На
горку вскакнули, стали; "хозяин" шею ему грызет; лягается вороной;  пос-
какали к пруду.
   В конюшню вошел козел и почесался.
   - Гуляешь, - крикнул козлу караковый, - а вороного "хозяин" гоняет.
   - Где? - спросил козел басом.
   - У пруда.
   Опустил козел рога и помчался... Перебежал плотину, стал - кудластый,
и пошел от козла смрад - в пруду вода зашевелилась, и отовсюду, из камы-
шей, из-под ветел, повылезла вся нечисть болотная, поползла по полю, где
вороной под "хозяином" бился.
   Заблеял козел. И от этого "хозяин" на лошади, как лист, забился, ноги
поджал.
   Подползает нечисть, блеет козел. Побился, покружился "хозяин"  и  за-
вял, свалился с коня. Ухватили его лапы, потащили в пруд. А вороной, от-
топырив хвост, помчался в конюшню. Прибежал в  мыле,  закрапал,  ухватил
сено зубами, бросил и заржал на всю конюшню:
   - И как только я жив остался!
   А спустя время пришел козел и лег в сено.
   - Ноги у меня отнялись, - стонала рыжая кобыла.
   Караковый положил морду на шею вороному, а козел чесался  -  донимали
его блохи.