Иван - коровий сын
В некотором царстве жил царь с царицей, и не было у них детей.
Сколько ни горевали, сколько знахарей ни звали - нет и нет у них детей.
Раз приходит к ним бабушка-задворенка.
- Пустите, - говорит, - невода в море, выловится рыбка - золотое пе-
ро. Сварите ее в семи водах, пусть царица поест, тогда и понесет.
Царь велел сплести невода, спустить в море, выловить рыбку - золотое
перо. Рыбаки опустили невода в синее море - в первый раз ничего не попа-
лось; опустили в другой раз - опять ничего не попалось; опустили в тре-
тий раз и выловили рыбку - золотое перо.
Взяли ее и принесли к царю. Он наградил рыбаков и приказал рыбку от-
нести в поварню, сварить в семи водах и подать царице. Повара рыбку вы-
чистили, вымыли, сварили, а помои на двор выплеснули. Проходила мимо ко-
рова, помои полизала. Девка-чернавка положила рыбку на блюдо - отнести
царице - да дорогой оторвала золотое перышко и попробовала. А царица
рыбку съела.
И все три понесли в один день, в один час: корова, девка-чернавка и
царица. И разрешились они в одно время тремя сыновьями: у царицы родился
Иван-царевич, у девки-чернавки Иван - девкин сын; и корова родила чело-
века, назвали его Иван - коровий сын.
Ребята уродились в одно лицо, голос в голос, волос в волос. Растут
они не по дням, а по часам; как тесто на опаре поднимается, так и они
растут.
Долго ли, коротко ли, стало им годков по десяти. Стали они с ребятами
гулять, шутить шутки нехорошие. Какого парня возьмут за руку - рука
прочь, возьмут за голову - голова прочь. Стал добрый народ на них жало-
ваться.
Вот Иван - коровий сын и говорит братьям:
- Чем нам у батюшки-царя жить, народ смущать, поедем лучше в чужие
края.
Иван-царевич, Иван - девкин сын и Иван - коровий сын пришли к царю и
просят, чтобы велел он сковать им три железные палицы и дал бы им бла-
гословеньице - ехать в чужие края, искать себе поединщиков.
Царь приказал сковать три железные палицы. Кузнецы неделю ковали,
сделали три палицы; никто их за один конец приподнять не может, а
Иван-царевич, Иван - девкин сын и Иван - коровий сын их между пальцами
поворачивают, словно перо гусиное.
Вышли братья на широкий двор.
- Ну, братаны, - говорит Иван-царевич, - давайте силу пробовать, кому
быть набольшим. Кто выше палицу забросит, тот и больший брат.
- Ладно, бросай ты первый.
Иван-царевич бросил, улетела палица высоко, едва видать, через час
только назад упала. После него бросил Иван - девкин сын, улетела палица
еще выше, совсем не видать, через два часа назад упала. А Иван - коровий
сын стал бросать палицу, улетела она за облако, назад упала через три
часа.
- Ну, Иван - коровий сын, быть тебе большим братом.
Оседлали братья коней, попросили у батюшки благословеньице и поехали
в чистое поле - куда глаза глядят.
Ехали они по горам, по долам, по зеленым лугам, долго ли, коротко ли,
скоро сказка сказывается, не скоро дело делается, - подъезжают они к ре-
ке Смородине. Через реку стоит калиновый мост, по берегам кости челове-
ческие валяются, по колено будет навалено.
Увидали братья избушку, вошли в нее - пустехонька, и вздумали тут ос-
тановиться. Коней расседлали, сами поели, попили. Пришло дело к вечеру,
Иван - коровий сын говорит братьям:
- Давайте каждую ночь поочередно ходить в дозор, не будет ли кто про-
езжать по этому мосту.
Бросили жребий; в первую ночь досталось идти в дозор Ивану-царевичу,
во вторую ночь Ивану - девкину сыну, в третью Ивану - коровьему сыну.
Иван-царевич обулся, оделся и пошел в дозор на реку Смородину, на ка-
линовый мост. Походил, походил, да и заснул. А Ивану - коровьему сыну в
избушке не спится, в головах подушечка вертится. Встал он, обулся, одел-
ся, взял палицу и пошел на мост. А там Иван-царевич спит. Взял его Иван
- коровий сын под плечи и снес под мост, а сам стал караулить.
Вдруг на реке воды взволновались, на дубах орлы раскричались, мост
загудел - выезжает чудо-юдо змей шестиглавый; под ним конь споткнулся,
черный ворон на плече встрепенулся, позади хорт ощетинился.
Говорит им чудо-юдо:
- Что ты, волчья сыть, спотыкаешься? Ты, воронье перо, трепещешься? А
ты, песья шерсть, ощетинилась? Слышите друга аль недруга?
- Слышим недруга.
- Врешь! Нет мне во всем свете ни спорщика, ни наговорщика, есть один
только Иван - коровий сын. Так его костей сюда и ворон не занашивал, не
только ему самому быть.
Тут Иван - коровий сын выскочил из-под моста:
- Я здесь!
Чудо-юдо его спрашивает:
- Зачем приехал, Иван - коровий сын? Сватать моих сестер али дочерей?
- Ох ты, чудо-юдо змей шестиглавый, в поле съезжаться - родней не
считаться. Давай поспорим!
Вот они сошлись, поравнялись, жестоко ударились. Чуду-юду не посчаст-
ливилось: Иван - коровий сын с одного размаху снес ему три головы.
- Стой, Иван - коровий сын, дай мне роздыху.
- Нет тебе роздыху, чудо-юдо! По-нашему: бей да руби, себя не береги.
Тут они снова сошлись. Чудо-юдо ударил, вогнал Ивана - коровьего сына
по колена в сырую землю, а Иван - коровий сын ударил, снес ему остальные
три головы; туловище разрубил и в речку побросал, а шесть голов сложил
под калиновый мост. Сам вернулся в избушку и лег спать.
Поутру возвращается Иван-царевич.
- Что, брат, не видал ли: кто ходил, кто ездил по калиновому мосту? -
спрашивают братья.
- Никто, братцы, не ходил, не ездил. Мимо меня и муха не пролетывала.
На другую ночь пошел в дозор Иван - девкин сын. Походил, походил,
забрался в кусты и заснул.
А Ивану - коровьему сыну не спится, в головах подушечка вертится. Как
пошло время за полночь, он обулся, оделся, взял палицу, вышел и стал под
калиновый мост.
На реке воды взволновались, на дубах орлы раскричались, мост загудел
- выезжает чудо-юдо змей девятиглавый. У коня дым из ушей валит, из
ноздрей пламя пышет.
Вдруг конь под ним споткнулся, черный ворон на плече встрепенулся,
позади хорт ощетинился.
- Что ты, волчья сыть, спотыкаешься? Ты, воронье перо, трепещешься? А
ты, песья шерсть, ощетинилась? Слышите друга аль недруга?
- Слышим недруга. Не Иван ли здесь - коровий сын?
- Его костей сюда и ворон не занашивал, не только ему самому быть.
Тут Иван - коровий сын выскочил из-под моста:
- Врешь ты! Я здесь.
Чудо-юдо говорит ему.
- Зачем приехал? Сватать моих сестер али дочерей?
- Ох ты, чудо-юдо девятиглавое, в поле съезжаться - родней не счи-
таться. Давай биться!
Вот они сошлись, поравнялись, жестоко ударились, кругом земля просто-
нала. Иван - коровий сын размахнулся палицей - три головы чуду-юду, как
кочки, снес: в другой раз размахнулся - еще три головы снес. А чудо-юдо
ударил - по пояс вогнал его в сырую землю.
Иван - коровий сын захватил земли горсть и бросил ему в очи. Чудо-юдо
схватился протирать глазища, Иван - коровий сын сбил ему остальные голо-
вы, туловище рассек на части, покидал в реку Смородину, а девять голов
сложил под калиновый мост. Сам пошел в избушку и лег спать.
Наутро возвращается Иван - девкин сын.
- Что, брат, не видал ли: кто ходил, кто ездил по калиновому мосту?
- Нет, братцы мило меня и муха не пролетывала и комар не пропискивал.
Иван - коровий сын повел братьев под калиновый мост, показал змеевы
головы и давай стыдить:
- Эх вы, богатыри! Где вам воевать - вам дома на печи лежать!
На третью ночь собирается Иван - коровий сын идти на дозор. Воткнул
он нож в стену, повесил на него белое полотенце, а под ним на полу миску
поставил.
- Я на страшный бой иду. А вы, братья, всю ночь не спите, присматри-
вайте, как будет с полотенца кровь течь: если половина миски набежит -
ладно дело, если полная миска набежит - все ничего, а если через край
польется - тогда спешите мне на помощь.
Вот стоит Иван - коровий сын под калиновым мостом; пошло время за
полночь. На реке воды взволновались, на дубах орлы раскричались, мост
загудел - выезжает чудо-юдо змей двенадцатиглавый. У коня его дым из
ушей валит, из ноздрей пламя пышет, из-под копыт исколоть по копне ле-
тит.
Вдруг конь под ним споткнулся, на плече ворон встрепенулся, позади
хорт ощетинился.
- Что ты, волчья сыть, спотыкаешься? Ты, воронье перо, трепещешься? А
ты, песья шерсть, ощетинилась? Слышите друга аль недруга?
- Слышим недруга: здесь Иван - коровий сын.
- Врешь! Его костей сюда и ворон не занашивал.
- Ах ты, чудо-юдо двенадцатиглавое! - Иван - коровий сын отозвался,
из-под моста выскочил. - Ворон моих костей не занашивал, я сам здесь по-
гуливаю.
- Зачем пришел?
- Пришел на тебя, нечистая сила, поглядеть, твоей крепости испробо-
вать.
- Так ты моих братьев убил? И меня думаешь победить? Я дуну только -
от тебя и праху не останется.
- Я пришел с тобой не сказки сказывать, давай биться насмерть!
Иван - коровий сын размахнулся палицей, сбил чуду-юду три головы. Чу-
до-юдо подхватил эти головы, чиркнул по ним огненным пальцем - головы
приросли, будто и с плеч не падали. Да в свой черед ударил Ивана - ко-
ровьего сына и вбил его по колена в сырую землю.
Тут ему плохо пришлось.
- Стой, нечистая сила, дай мне роздыху!
Чудо-юдо дал ему роздыху. Иван - коровий сын снял правую рукавицу и
кинул в избушку. Рукавица двери-окна вышибла, а братья его спят, ничего
не слышат.
Иван - коровий сын размахнулся в другой раз, сильнее прежнего, снес
чуду-юду шесть голов. Чудоюдо подхватил их, чиркнул огненным пальцем - и
опять все головы на местах; ударил в свой черед и вбил Ивана - коровьего
сына по пояс в сырую землю.
- Стой, нечистая сила, дай мне роздыху!
Иван - коровий сын снял левую рукавицу, кинул - рукавица крышу у из-
бушки снесла, а братья все спят, ничего не слышат.
Размахнулся он палицей в третий раз, еще сильнее того, и сбил чу-
ду-юду девять голов. Чудо-юдо подхватил их, чиркнул огненным пальцем -
головы опять приросли; а Ивана - коровьего сына вбил на этот раз по пле-
чи в сырую землю.
- Стой, нечистая сила, дай мне третий раз роздыху!
Снял Иван - коровий сын шапку и кинул в избушку; от того удара избуш-
ка развалилась, вся по бревнам раскатилась.
Тут братья проснулись, глянули - все полотенце в крови, из миски
кровь через край льется.
Испугались они, палицы взяли, поспешили на помочь старшему брату. А
он тем временем приловчился и отсек чуду-юду огненный палец. Да вместе с
братьями и давай сбивать ему головы... Бились они день до вечера и одо-
лели чудо-юдо змея двенадцатиглавого, посшибали ему головы все до еди-
ной, туловище на части разрубили, побросали в реку Смородину.
Утром ранешенько братья оседлали коней и поехали в путь-дорогу. Вдруг
Иван - коровий сын говорит:
- Стой, рукавицы забыл! Поезжайте, братья, шажком, я вас скоро дого-
ню.
Он отъехал от них, слез с коня, пустил его в зеленые луга, сам обер-
нулся воробушком и полетел через калиновый мост, через реку Смородину к
белокаменным палатам; сел у открытого окошка и слушает.
А в палатах белокаменных сидела старая змеиха и три ее снохи, чу-
до-юдовы жены, и говорили между собой, как бы им злодея Ивана - ко-
ровьего сына с братьями погубить.
- Я напущу на них голод, - младшая сноха говорит, - а сама обернусь
яблоней с наливными яблоками. Они съедят по яблочку - их на части разор-
вет.
Средняя сноха говорит:
- Я напущу на них жажду, сама обернусь колодцем, - пусть попробуют из
меня выпить.
А старшая сноха:
- Я напущу на них сон, сама перекинусь мягкой постелью. Кто на меня
ляжет - огнем сгорит.
А старая змеиха, чудо-юдова мать, говорит:
- Я обернусь свиньей, разину пасть от земли до неба, всех троих сож-
ру.
Иван - коровий сын выслушал эти речи, полетел назад в зеленые луга,
ударился об землю и стал попрежнему добрым молодцем. Догнал братьев, и
едут они дальше путем-дорогой. Ехали долго ли, коротко ли, стал их му-
чить голод, а есть нечего. Глядят, у дороги стоит яблоня, на ветвях -
наливные яблоки. Иван-царевич и Иван - девкин сын пустились было яблоки
рвать, а Иван - коровий сын вперед их заскакал и давай рубить яблоню
крест-накрест, из нее только кровь брызжет.
- Видите, братья, какая это яблоня!
Едут они дальше по степям, по лугам, а день все жарче, терпения нет.
Стала их мучить жажда. Вдруг видят - колодец, холодный ключ. Младшие
братья кинулись к нему, а Иван - коровий сын вперед их соскочил с коня и
давай этот колодец рубить, только кровь брызжет.
- Видите, братья, какой это колодец!
Вдруг день затуманился, жара спала, и пить не хочется. Поехали они
дальше путем-дорогой. Настигает их темная ночь, стал их одолевать сон -
мочи нет. Видят они - избенка, свет в окошке; в избенке стоит тесовая
кровать, пуховая постель.
- Иван - коровий сын, давай здесь заночуем.
Он выскочил вперед братьев и давай рубить кровать вдоль и поперек,
только кровь брызжет.
- Видели, братья, какая это пуховая постель!
Тут у них и сон прошел. Едут они дальше путем-дорогой и слышат - за
ними погоня; летит старая змеиха, разинула рот от земли до неба. Иван -
коровий сын видит, что им коротко приходится. Как спастись? И бросил он
ей в пасть три пуда соли. Змеиха сожрала, пить захотела и побежала к си-
нему морю.
Покуда она пила, братья далеко уехали; змеиха напилась и опять кину-
лась за ними. Они припустили коней и наезжают в лесу на кузницу. Иван -
коровий сын с братьями зашел туда.
- Кузнецы, кузнецы, скуйте двенадцать прутьев железных да накалите
клещи докрасна. Прибежит большая свинья и скажет: "Отдайте виноватого".
А вы ей говорите: "Пролижи языком двенадцать железных дверей да бери са-
ма".
Вдруг прибегает старая змеиха, обернулась большой свиньей и кричит:
- Кузнецы, кузнецы, отдайте виноватого!
Кузнецы ей ответили, как научил их Иван - коровий сын:
- Пролижи языком двенадцать железных дверей да бери сама.
Змеиха начала лизать железные двери, пролизала все двенадцать дверей,
язык просунула. Иван - коровий сын ухватил ее калеными щипцами за язык,
а братья начали бить ее железными прутьями, пробили шкуру до костей.
Убили змеиху, сожгли и пепел по ветру развеяли.
И поехали Иван - коровий сын, Иван - девкин сын и Иван-царевич домой.
Стали жить да поживать, гулять да пировать. На том пиру и я был,
мед-пиво пил, по усам текло, в рот не попало. Тут меня угощали: отняли
лоханку от быка да налили молока. Я не пил, не ел, вздумал упираться,
стали со мной драться. Я надел колпак, стали в шею толкать...
